Удар грома расколол небеса. Тучи над эльетиммским кораблем разошлись, показав клочок голубого неба. Через мгновение просвет закрылся, тучи заходили по кругу, клубясь, темнея, спиралью свиваясь вниз, к кораблю. Второй удар грома заложил уши, и яркая белая вспышка вылетела из сердца туч.
Это был дракон, воздушный дракон, порождение туч и грома. Огромный, вдвое больше водного дракона Азазира, он закружил в вышине, и по сравнению с ним черный корабль показался карликом. Брюхо дракона было серебряным, покрытым золотой рябью, как тонкие облачка на зимнем восходе, а остальное тело – чисто белым, как парящие на горной высоте облака равнин. Он полетел вниз и вокруг корабля магов, вытянув к нему свою морду. Мы были близко, достаточно близко теперь, чтобы видеть шипы на его гребне, прозрачные, как сосульки, серо-голубую полоску чешуи вдоль узкого хребта, окаймленную инеем, поразительную лазурь его глаз, сощурившихся, когда он вдруг устремился к вражескому судну. Непостижимо паря на широких полупрозрачных крыльях, он хлестнул по мачтам своим мощным хвостом. Дерево, паруса и тросы рухнули с громким треском, вконец перепутавшись.
Крики обреченных эльетиммов потерялись в неземном вое торжествующего дракона; он взмыл в вышину, описал круг и ястребом бросился вниз, разрывая все на своем пути сияющими белыми челюстями. Когти размером с мечи разметали оборону из кучки солдат, превратив их в кровавые ломти.
Удар ветра от крыльев взбил воду, гоня волны; они швырнули нас к борту корабля магов. Я вцепилась в сеть, как скряга в завязки своего кошелька.
– Помогите! Сэдриновы потроха, помогите нам!
Над перилами показались лица, и руки потянулись вниз, чтобы втащить меня на корабль. Я задрожала на холодном ветру, когда шок наконец запустил в меня свои когти, но оттолкнула заботливые руки, желавшие завернуть меня в одеяла и увести.
– У нас там человек без сознания… – выдавила я, стуча зубами.
Два гибких матроса, не мешкая, перелезли через борт. Темная курчавая голова Райшеда появилась над перилами, и он наполовину влез, наполовину упал на палубу.
– Ливак!
Мне чудится или обладатель этого резкого голоса действительно стоит позади меня?
– Привет, Дарни. – Я с трудом верила, что снова вижу его.
Агент смотрел на матросов, осторожно поднимающих на одеяле Шива, и меня порадовало искреннее беспокойство в его глазах. В палубе открылся люк, и когда мага опустили вниз, Дарни исторг вздох облегчения. Потом кинулся к перилам и заглянул в нашу хрупкую лодчонку.
– Джерис? – Его голос дрогнул.
Я устало покачала головой.
– Мы нашли его, но уже мертвого.
Эти слова комом встали в горле, грозя задушить меня. Я потерла глаза, внезапно наполнившиеся слезами от резкого ветра, изнурения и того постоянного горя.
У Дарни вытянулось лицо. Не зная, что сказать, я полезла за пазуху и вытащила документы, испачканные солеными брызгами и потом.
– Я нашла кое-что из его работ. Это важно – один из ваших магов должен это увидеть.
Дарни игнорировал пергамент.
– Я бы предпочел снова увидеть Джериса, – грубо ответил он.
Едва сдержавшись, чтобы не затолкать эти пергаменты ему в глотку, я собиралась высказать ему все, что думаю о его неблагодарности. В эту минуту Райшед набросил мне на плечи одеяло. Я с удовольствием закуталась.
– Как вы очутились здесь так вовремя? Это невероятно счастливое совпадение.
Он крепко сжал в ладонях чашку, от которой поднимался пар, и я жадно протянула руку за другой такой же чашкой, которую нес мне тепло одетый матрос. Это было сдобренное пряностями вино, и желанное тепло опалило меня до самых пальчиков ног.
– Ха, совпадение, как же! Это вам не фантастическая баллада какого-нибудь там менестреля. – Дарни надменно поднял голову. – Я говорил, что можно найти след в Инглизе, и был прав. Те ублюдки в черных кожах исчезли одновременно с вами, но я не пожалел времени, чтобы установить некоторые связи в Инглизе. Все пытались заслужить награду за донос на убийц Йении, и мы выследили ту группу, которая пыталась смешиваться с жителями благодаря местной одежде. Ты помнишь, Ливак?
Я вспомнила его скептицизм, когда мы с Джерисом говорили об этом, но промолчала. Теперь это уже не имело значения.
– Я подумал, они достаточно отчаянные, чтобы, проиграв другой группе, решиться еще на одну попытку. Я узнал, у кого в этом городе есть тормалинские артефакты, и тогда пошел к Страже. Я – агент Верховного мага, не забывайте, с эмблемой для доказательства и Советом для поддержки. Главы гильдий жаждали разделаться с ними так же, как Планир, поэтому мы внимательно следили за всеми возможными жертвами.
Гордый своими достижениями, Дарни замолчал и перевел дыхание. Желание бросить «Я же вам говорил!» – пусть даже невысказанное – было написано у него на лице. Но мне было все равно. Пусть раздувается от самодовольства, как жеребец-производитель на конюшне. Мы раньше него добрались до островов и нашли Джериса, хоть и поздно, пока он тут запугивал мелкую сошку силой чьей-нибудь чужой магии. Я зажмурилась от усталых слез.
– Но как вы оказались здесь именно тогда, когда нужно?
В тоне Райшеда звучало любопытство, однако ему не хватало восхищения, которого Дарни явно ожидал.
Более старый, более резкий голос ответил ему:
– Шиввалан – мой ученик. Когда я узнал, что он здесь, в океане, найти эти острова было сравнительно легко.
В тощем беловолосом старике, подходившем к нам, я узнала Отрика. Он был ниже ростом, чем я думала – примерно такой же, как я, – и в своих грубых холщовых штанах и коротком грязном голубом плаще больше походил на пирата, чем на знаменитого мага. Меня так и подмывало спросить, почему он не сделал этого раньше, коль это было так легко. Горсть дней существенно изменила бы судьбу Джериса, а если бы нас нашли до рассвета, Айтен бы спасся. Я оттолкнула внезапное воспоминание о его теплой крови, разливающейся по моей руке.