– Нет, обойдемся, – с понятной резкостью возразила бывшая наемница.
– Думаю, мы справимся, если вы нужны в другом месте, – смягчил я ее слова вежливым кивком. При таком наплыве постояльцев было важно, чтобы с нашими животными хорошо обращались.
Конюх прислонился к косяку и заискивающе улыбнулся, обнажив редкие желтые зубы.
– Да покудова нигде не нужон. А вы, стал быть, едете на юг?
Ливак повернулась к нему – очаровательная простота с широкими, доверчивыми глазами и лучезарной улыбкой.
– Да, в Релшаз, – ответила она с хорошо рассчитанным придыханием. – У дедули там инвестиции, и оба наших дяди тоже вложили туда деньги, поэтому наши кузены поехали с нами.
Я поймал взгляд Шива, давая ему понять, что надо предупредить Вилтреда об этой новой цепочке родства, и быстро отвернулся, чтобы мы оба смогли сохранить бесстрастное лицо.
Глаза старого сплетника загорелись.
– И че за дело у вас тама?
Он уже представлял себе все самые заманчивые возможности – пряности, шелка, драгоценные камни, бронзу. Релшаз – главный порт восточной Каладрии, и большинство алдабрешцев торгуют там же.
– Фураж. – Ливак даже меня едва не провела своим энтузиазмом. – Ячмень, овес и все такое. Видишь ли, корма слишком объемисты, возить их невыгодно, но зерно – совсем другое дело. Если правильно выбрать время, можно получить изрядную прибыль, переправляя его в Архипелаг.
– О-о. – Старый конюх заметно потерял интерес.
– Ага, если только алдабрешцы сами не начнут ввозить его, – кисло вставила Хэлис. – Я слышала, одна группа вынюхивала что-то под Требином. Ты не видал их на этой дороге? Человек шесть, все в черном и держатся особняком?
Я мысленно отдал крону находчивости Хэлис, но старик с искренним неведением покачал головой. Сам не знаю, что я почувствовал – облегчение или разочарование.
Я протянул серебряную марку.
– Присмотри, чтобы все лошади были поставлены и сбруя почищена.
– Счас кликну мальца.
Конюх немного разочарованно взял монету и, ссутулясь, пошел прочь, резким свистом подзывая двух парней, лениво разбрасывающих для мулов тюк соломы.
– Ливак, может, в следующий раз заранее договоримся, какую балладу ты будешь петь? – Голос Шива звучал приглушенно, ибо маг наклонился к своему коню, чтобы ослабить подпругу.
– А ты что собирался делать? Стоять тут с хитрым видом, дабы он навоображал себе невесть что? – Качая головой, Ливак повела животных к конюшням.
– Здесь не о чем спорить. – Шив пошел за ней, твердо решив настоять на своем.
Я разгрузил сиденье шарабана и потянулся вниз за багажом.
– Ничего страшного не случилось. Надо лишь обрадовать Вилтреда, что он только что стал дедом.
Засунув меч под клапан моей сумки, я передал ее Хэлис, а сам нагнулся за сумкой Вилтреда.
Хэлис с завистью присвистнула. Я обернулся – она восхищенно разглядывала изящное тиснение ножен.
– Может, и мне стоит присягнуть какому-нибудь тормалинскому патрону, если после этого я буду носить на своем поясе фамильную вещь некоего принца?
Я не собирался отвергать ее первое дружеское обращение за целый день и протянул ей меч.
Хэлис повертела им туда-сюда и улыбнулась, ощутив его превосходный баланс. Выдвинула немного клинок и осмотрела блестящую сталь.
– Это не фамильный меч Д'Олбриотов, это добыча от сумасшедшего старого мага, которого Вилтред когда-то знавал, – объяснил я.
– Это тот самый меч Азазира? – Некрасивое лицо наемницы осветилось любопытством. – То-то Вилтред так жаждет догнать воров. Ты не в курсе, что именно у него украли? Пара таких мечей потянула бы на приличный слиток золота.
– Давай спросим его, – любезно предложил я и снова зевнул во весь рот. – Зубы Даста, надеюсь, здесь найдутся чистые постели! Кажется, я с Солнцестояния толком не спал.
– Не ты один, – резко заметила Хэлис, когда мы пошли искать остальных.
Вилтред обнаружился в уютной пивной. Старик говорил с полногрудой девицей в белоснежном переднике и с лоснящимися волосами. Служанка ничуть не возражала против его покровительственной манеры, лишь бы та сопровождалась надежной монетой.
– А, вот и вы все наконец-то. Ну-с, я снял нам три спальни, одну для девочек, а ты, Райшед, переночуешь с Шивом. Ужин вот-вот будет готов, мы как раз успеем умыться.
Если Вилтред и дальше будет так обращаться с нами, то никто не усомнится, что мы – его внуки. По крайней мере до тех пор, пока Ливак не обольет его супом или чем-нибудь похлеще.
– Ваши комнаты – с видом на озеро, – сообщила служанка, соблазнительно улыбаясь Шиву. – А грелки я принесу позже.
Хорошо бы мне вместо грелки согреть простыни для Ливак, но надежды на это было мало. Я вздохнул. А ведь тогда бы я точно спал крепко.
Вслед за Вилтредом мы гуськом поднялись по лестнице – ну прямо как благонравные потомки – и набились в его комнату.
– Думаю, нам всем не мешало бы знать, что забрали у тебя эти Ледяные Люди, – начал я разговор.
– В таких трактирах часто торгуют краденым, – вставила Ливак. – Если мне кто-то предложит кольцо за две марки, которое должно стоить десять, то хотелось бы знать, не твое ли оно.
– Это хороший вопрос, – согласился Шив.
– Так что вы с Азазиром свистнули у эльетиммов? – без обиняков спросила Хэлис.
Старый маг оскорбился за то, что его посчитали вором, но смолчал и с минуту разглаживал перед своего линялого бархатного камзола.
– Было четыре меча, две рапиры для ношения при дворе и два палаша. Еще два парадных кинжала, кольцо с ключами, несколько простых золотых колец-печаток, жемчужное ожерелье, несколько кубков и пивных кружек с фамильными гербами, дощечка для записей дворянина, чернильница…